Traduzione del testo della canzone Большая Медведица - ГРОТ, Musia Totibadze

Большая Медведица (originale)

Не нужен бродягам дом и уют,
Нужны — океан, земля.
Что звёзды Медведицы им поют,
Не знаем ни ты, ни я.
У кочевника дом внутри, родина с ним повсюду.
В мыслях он каждому скажет: «До встречи»,
В ответ ему в спину процедят: «Иуда».
Он идет в одиночестве, ни ночлега, ни дружеских пиршеств,
Говори, за кого ты, или никто не откроет, глубоко оскорбившись.
Мимо россыпи поселений, себя называющих «Наши»,
Мимо гонки за миражами, мимо лидеров и отставших,
Мимо грохота всех свобод, мимо слепящих вспышек.
Курсом на тишину, в ней возможно хоть что-то услышать.
«Тысяча лет для нас песчинка, в книге одна строка», —
Говорят восьмитысячники, упираясь вершинами в облака.
Я засыпаю и млечный путь мне говорит на распев,
«Вы не почувствуете себя частью, целого не узрев».
Мы верим, что Бог это за ответом возникший снова вопрос.
Сподвижники вечного поиска за членство платят весомый взнос.
Лишаясь оседлости, мы в цвете видим другую реальность во снах,
Люди без ярлыков и отметин держат свою планету в руках.
Велик океан, и земля велика,
Надо бы всё пройти.
Большая Медведица издалека
Желает тебе пути.
В глазах отражается путь, сколько бессонных ночей в них.
У подножия великой горы у костра в одинокой молитве замер кочевник.
Безмолвие вечного из ущелья приносит запах и ветер,
Дорога это не камни и пыль, это лица людей, которых он встретил.
Это не карта и трасса, и даже не вес одного рюкзака,
Это былины, рассказы, и слово «любовь» на полутораста языках.
Пришел с пустыми руками, затерто до дырок былое новье,
Но неизмеримо деньгами и цифрой незримое, что он себе приобрёл.
Дальше от шума толпы дорога, ведущая в личную Мекку,
Туда, где застыли часы, любовь, пропитавшая все до молекул.
Таинство мудрости, к океану стремится ручей и река,
Кочевник стремится к единому, проходя мимо всех сторон баррикад.
Тропинка тянется ввысь, будто бы текст из букв и слов,
Медведица манит в ночи и дорога однажды станет его ремеслом.
Летя на холодных порывах, будто оторванный с дерева листик,
Одинокий свободный художник, путь- полотно, судьба это кисти.
Наляжем, друг, на вёсла свои.
Волна, пощади пловца!
Большая Медведица, благослови,
Большая Медведица!

Большая Медведица (traduzione)

I vagabondi non hanno bisogno di una casa e di comfort,
Abbiamo bisogno dell'oceano, della terra.
Che le stelle dell'Orso cantino loro,
Né tu né io lo sappiamo.
Il nomade ha una casa dentro, la sua patria è con lui ovunque.
Nei suoi pensieri dirà a tutti: "Ci vediamo",
In risposta, filtreranno nella sua schiena: "Giuda".
Cammina da solo, senza alloggio per la notte, senza feste amichevoli,
Dì chi sei, o nessuno aprirà, profondamente offeso.
Oltre la dispersione degli insediamenti che si chiamano "Nostri",
Oltre la corsa ai miraggi, oltre i leader e i ritardatari,
Oltre il ruggito di tutte le libertà, oltre i bagliori accecanti.
Dirigendosi verso il silenzio, è possibile sentire almeno qualcosa in esso.
"Mille anni sono un granello di sabbia per noi, c'è solo una riga in un libro",
Dicono gli Ottomila, appoggiando le vette contro le nuvole.
Mi addormento e la via lattea mi parla in un canto,
"Non ti senti parte senza vedere il tutto."
Crediamo che Dio sia dietro la risposta alla domanda che è sorta di nuovo.
I compagni dell'eterna ricerca pagano una grossa quota per l'iscrizione.
Privandoci del nostro modo di vivere stabile, vediamo un'altra realtà a colori nei sogni,
Le persone senza etichette e segni tengono il loro pianeta nelle loro mani.
L'oceano è grande, e la terra è grande,
Tutto dovrebbe passare.
Grande Carro da lontano
Ti auguro la via.
La via si riflette negli occhi, quante notti insonni hanno.
Ai piedi della grande montagna vicino al fuoco, in una preghiera solitaria, il nomade si bloccò.
Il silenzio dell'eterno dalla gola porta profumo e vento,
La strada non è sassi e polvere, questi sono i volti delle persone che ha incontrato.
Questa non è una mappa e una pista, e nemmeno il peso di uno zaino,
Sono poemi epici, storie e la parola "amore" in cento e mezzo lingue.
È venuto a mani vuote, il vecchio nuovo era consumato fino ai buchi,
Ma è incommensurabile in denaro e in cifra, l'invisibile che ha acquisito per sé.
Lontano dal frastuono della folla, la strada che conduce alla Mecca personale,
Là, dove l'orologio si è congelato, l'amore che ha inzuppato ogni cosa fino alle molecole.
Mistero della saggezza, ruscello e fiume tendono all'oceano,
Il nomade lotta per l'unità, passando da tutti i lati delle barricate.
Il percorso si allunga, come se il testo fosse fatto di lettere e parole,
L'orso fa cenno nella notte e la strada un giorno diventerà il suo mestiere.
Volando sulle raffiche fredde, come una foglia strappata da un albero,
Un artista libero e solitario, il percorso è una tela, il destino è un pennello.
Mettiamoci, amico, sui nostri remi.
Salta, risparmia il nuotatore!
Grande Carro, benedica
Grande Carro!