Traduzione del testo della canzone Ж.З.Л. - Олег Митяев

Ж.З.Л. (originale)

Жизнь замечательных людей
Не замечательней нисколько
Собственной жизни, или дней,
Памятных нам самим, и только.
И где бы ни выпало нам жить,
В сонном полете невесомом
Нам предназначено парить
Над нашим городом и домом,
Где мы знаем всех соседей,
И по улице соседней
Мы впервые на велосипеде едем,
И пьем у желтой бочки квас.
Где из фантиков секреты,
Первомайские портреты,
Ленина и Сталина заветы,
Их пока обманывать нельзя.
Далеко до школьных тягот,
Красных галстуков и стягов,
Лишь от бузины и волчьих ягод
Иногда не очень важный стул.
Майский жук и колорадский,
И костюм лисы дурацкий,
И наш хоккей сильнее, чем канадский,
И вообще… Вообще, вообще, вообще!
Жизнь замечательных людей
Нашего дома и района
Проистекала, как у всей
Этой страны неразделенной.
Строго смотрел Марат Казей,
Как допивали мы какао,
В свете решений и идей,
В мире Джульбарса и скакалок.
С книжкой «Робинзона Крузо»,
И с вареной кукрузой,
Под виниловый пока еще Карузо,
И под шипящий патефон.
Запах елки и карбида,
Ни Иисуса, ни Давида,
Лишь высотки МГУ и МИДа
На цветных открытках из Москвы.
Был театр у микрофона,
И автомат с одеколоном,
Телевизор у кого-то дома
Был один, и все мы шли к нему.
Жизнь замечательных людей
Скрыта была от взоров наших
Длинным забором лагерей
И немотой все понимавших.
От нас, не видавших ни войны,
От не слыхавших, кроме «Зорьки»
Утром для школьников страны,
Каких-то откровений горьких.
Чист эфир от катаклизмов,
И 20 лет до коммунизма,
А для молодого организма
Есть еще и нормы ГТО.
И «Аврора» на монете,
И куренье в туалете,
И счастливый номер на билете синем,
И Наталия Варлей.
Жизнь замечательных людей
От незатейливых раскрасок
До наших окаянных дней,
Она лишь собственная наша.
И сколько б ни падали на снег,
И как бы не напрягали жилы,
Вот уже XXI-й век,
И, слава Господу, мы живы.

Ж.З.Л. (traduzione)

Vita di persone meravigliose
Niente di più meraviglioso
propria vita, o giorni,
Memorabile per noi stessi, e niente di più.
E ovunque ci tocchi vivere,
In un volo assonnato senza peso
Siamo destinati a salire
Sulla nostra città e casa,
Dove conosciamo tutti i vicini
E lungo la strada accanto
Andiamo per la prima volta in bicicletta,
E beviamo kvas dal barile giallo.
Dove sono i segreti degli involucri di caramelle,
Ritratti del Primo Maggio,
I precetti di Lenin e Stalin,
Non possono ancora essere ingannati.
Lontano dalle difficoltà scolastiche,
Cravatte e striscioni rossi
Solo da sambuco e wolfberries
A volte non è una sedia molto importante.
Maybug e Colorado,
E il costume da volpe è stupido,
E il nostro hockey è più forte del canadese,
E in generale... In generale, in generale, in generale!
Vita di persone meravigliose
La nostra casa e il nostro quartiere
Risultato come tutti
Questo paese è indiviso.
Marat Kazei rigorosamente guardato,
Come abbiamo bevuto il cacao
Alla luce delle decisioni e delle idee,
Nel mondo di Dzhulbars e corde per saltare.
Con il libro "Robinson Crusoe",
E con il mais bollito,
Sotto il vinile c'è ancora Caruso,
E sotto un grammofono sibilante.
L'odore degli alberi di Natale e del carburo,
Né Gesù né David
Solo grattacieli dell'Università Statale di Mosca e del Ministero degli Affari Esteri
Su cartoline a colori da Mosca.
C'era un teatro al microfono,
E una macchina con acqua di colonia,
TV a casa di qualcuno
Ce n'era uno e siamo andati tutti da lui.
Vita di persone meravigliose
Nascosto dai nostri occhi
Campi di recinzione lunghi
E con mutismo che ha capito tutto.
Da noi, che non abbiamo mai visto una guerra,
Da coloro che non hanno sentito, ad eccezione di "Zorka"
Al mattino per gli scolari del paese,
Alcune amare rivelazioni.
Puro etere dai cataclismi,
E 20 anni prima del comunismo,
Ma per un corpo giovane
Ci sono anche norme GTO.
E "Aurora" sulla moneta,
E fumare in bagno
E il numero fortunato sul biglietto blu,
E Natalia Varley.
Vita di persone meravigliose
Dalla colorazione senza pretese
Fino ai nostri dannati giorni,
Lei è solo nostra.
E non importa quanto cadano sulla neve,
E non importa quanto siano tese le vene,
È già il 21° secolo
E, grazie a Dio, siamo vivi.